Вчера состоялась встреча главы Дагестана Сергея Меликова с журналистами, блогерами и представителями общественных организаций. Тема была острая — чрезвычайные ситуации в республике, проблемы с водоснабжением, инфраструктурные сбои, реакция власти. Ожидалось, что разговор пойдёт по привычному сценарию: «острые вопросы — жёсткие ответы — взаимные упрёки». Но реальность, как часто бывает, оказалась сложнее и интереснее штампов.

Нужно сразу признать: далеко не все, что волнует людей, прозвучало в зале. И даже вопросы блогеров, которые позиционируют себя в качестве ярых критиков республиканских властей, были очень слабыми и даже, возможно, не совсем уместными в контексте встречи, порой сводились к озвучиванию старых обид.  Однако дело тут не в трусости журналистов или нежелании власти слышать правду. Как правило, на таких мероприятиях работают негласные фильтры: страх испортить отношения, опасение выглядеть непрофессионально, а главное — разрыв между «вершинным» знанием руководителя и фрагментарным видением внешнего критика. Сергей Меликов, будучи главой республики, безусловно, видит больше диванных критиков, общественников, блогеров, и вчера он это ярко продемонстрировал на примере вопроса про «миллиарды», потраченные на восстановление электросетей. И эта дистанция — не высокомерие, а объективная реальность управления. Однако сам факт несовпадения ожидаемой остроты и реального диалога говорит о том, что формат «разговора начистоту» всё ещё упирается в институциональные и психологические ограничения. И простым людям, и медиа по-прежнему не видны «все ветры на вершине», но это не отменяет права задавать неудобные вопросы — пусть и не всегда в прямом эфире.

Особенно хочется остановиться на финальном эпизоде встречи, который, на мой взгляд, стал её смысловым центром. Меликов рассказал о жителях Ленинкента (а возможно, и не жителях), которые ночью подожгли трубы для строящегося водовода. Ущерб — 30 миллионов рублей. Причина — нежелание, чтобы магистраль прошла по их земле. И здесь глава республики сделал сильный риторический ход: вместо того чтобы бесконечно оправдываться, он перешёл в наступление, обратившись к аудитории с вопросом: «А вы готовы осудить тех, кто мешает развитию всей республики ради своего узкого интереса?»

Это был не просто эмоциональный всплеск. Это была смена ролей: Меликов перестал быть только «ответчиком» и на несколько минут стал «судьёй» для общественности. Он предъявил конкретный факт (а не абстрактные слухи из соцсетей) и тем самым перехватил моральную инициативу у критиков. Для журналистов и блогеров это был сигнал: не всякая критика власти автоматически делает человека борцом за справедливость. Иногда за местным сопротивлением стоит элементарный эгоизм. Для зрителей — напоминание: решения власти (например, прокладка водовода) могут быть объективно нужны миллионам, а противодействие им — это буквальный саботаж.

Есть, конечно, и обратная сторона. Вопрос главы «осудите ли поджигателей?» логичен, но он не отменяет необходимости разбираться с коренными причинами. Люди редко жгут трубы просто «от злобы». За этим нередко стоит недоверие к власти, неурегулированные земельные споры, страх остаться без земли. Акт вандализма — следствие, а не первопричина. И здесь задача власти — не только ловить поджигателей, но и создавать механизмы, где конфликт можно решить без ночных поджогов.

Тем не менее, главный итог встречи для меня как для главного редактора газеты таков: диалог нужен. И нужен именно в таком формате, где глава республики не просто отвечает на «острые вопросы», но и сам задаёт обществу неудобные вопросы, вытаскивая на свет факты, которые тонут в шуме соцсетей. Это делает разговор более честным, пусть и более жёстким. А финальный пуант Меликова — тот самый случай, когда чиновник перехватывает моральную инициативу и напоминает: ответственность за развитие республики лежит не только на власти, но и на каждом из нас.

Гюлахмед Маллалиев, главный редактор газеты «Зори Табасарана»