Ханмирза Ханмирзаев,
ДГУПУ, исторический факультет,
1 курс

На протяжении долгого времени в общественном сознании укоренилось представление о табасаранах как о «малом народе». Этот стереотип, хоть и кажется безобидным на первый взгляд, глубоко ошибочен и несет в себе потенциал для недооценки богатейшей истории, уникальной культуры и значительного вклада табасаранского народа в общее кавказское и российское культурное наследие. Пришло время развенчать этот миф и утвердить подлинное место табасаранов в многонациональной палитре Кавказа.

I. Историческая глубина, а не мимолетность

Древние корни. Табасараны не появились «вчера». Наша история уходит корнями в глубокую древность, свидетельствуя о наличии государственности и высокой культуры еще в период Кавказской Албании. Упоминания о табасаранских землях и правителях встречаются в древних хрониках задолго до формирования многих современных наций. Известно что первое упоминание о табасаранах (таваспарах) в истории относятся к V веку и принадлежат армянским историкам Егише и Фавстосу Бузанду. Также о таваспарах упоминает «Армянская география» VII века.
Собственные государственные образования. Исторически табасараны имели свои государственные образования. «Еще в IV в. н. э. области легов и таваспаров, страна лбинов и Баласакан не слились с коренной Албанией в монолитное целое, а продолжали оставаться периферийными областями, пользовавшимися какими-то видами внутренней автономии», – утверждает Камила Тревер. И в это же время армянским историком упоминается войско Таваспарана, равнинного и горного, что также свидетельствует о наличии своей автономной политической системы, более менее обособленной от центральной власти Кавказкой Албании. Мы также знаем из относительно поздних источников о Табасаранском майсумстве, просуществовавшем века и игравшем значительную роль в политической жизни Восточного Кавказа. Это не история «малых племен», а история развитой политической системы и народа, игравшего важную роль в политической, военной и культурной жизни региона, и влиявшем на процессы в этом регионе в течении многих столетий.
Стратегическое положение. Веками табасаранские земли находились на перекрестке цивилизаций, являясь важным звеном между Ближним Востоком, Закавказьем и Россией. Мы были не пассивными наблюдателями, а активными участниками, иногда – ключевыми игроками в формировании региональной геополитики. Об этом свидетельствует книга «Дербенд-наме» («Книга о Дербенте») – историческая хроника по истории города Дербента, Дагестана и Ширвана. Она содержит ценные сведения о событиях V–XI веков: «Табасаранцы являются стражниками и воинами Дербента»; «прежде войско Дарбанда набиралось из Табасарана»; «Табасаран лучшее войско Бабль Абваба».

II. Уникальный язык и богатейшая культура

Лингвистическое сокровище. Табасаранский язык – один из древнейших языков Дагестана, отличающийся своей уникальностью и сложностью, признанной многими лингвистами. Его наличие и сохранение на протяжении веков само по себе является свидетельством жизнестойкости и культурной мощи народа.

Самобытные традиции. Табасаранская культура – это не «упрощенное» или «производное» явление, а глубоко самодостаточная и уникальная цивилизация. Она подарила миру выдающиеся образцы прикладного искусства, среди которых — всемирно известные табасаранские ковры, чей орнамент является зашифрованным языком предков. Богатый фольклор и изумительное зодчество дополняются филигранным мастерством табасаранских резчиков по дереву и камню. Эти мастера были настолько искусны, что их приглашали для работы далеко за пределы Табасарана, а их секреты веками передавались из поколения в поколение.
Ярким примером зодческого гения табасаранов является уникальная мечеть в селе Джули – архитектурная жемчужина, внесенная в реестр всемирного наследия ЮНЕСКО. Не менее поразителен Гуллинский мост: возведенный из дерева без единого гвоздя или металлического элемента, он непоколебимо стоит уже более трех столетий, являя собой триумф инженерной мысли народных мастеров.
Духовное наследие. Духовный фундамент табасаранского народа зиждется на глубокой приверженности исламу и бережном сохранении уникального сплава этических норм и адатов. Табасаран на протяжении веков являлся одним из важнейших интеллектуальных центров региона. О высоком уровне развития науки и культуры свидетельствует наличие древних центров по переписыванию книг – таких, как в селе Гасик. Научное значение этого центра подчеркивал выдающийся востоковед А. Р. Шихсаидов в своем фундаментальном труде «Арабская рукописная книга в Дагестане».
Особое место в системе просвещения занимали медресе. Ярчайшим примером служит школа в селе Гурик, основанная Юсуфом-эфенди ал-Гурики. Это учебное заведение имело общедагестанское значение: за знаниями сюда приезжали не только жители окрестных обществ, но и представители других народов – лезгины, агулы, даргинцы и многие другие, что превращало Гурик в центр межэтнического культурного диалога.
Культура книгохранения и личные собрания рукописей также подтверждают масштаб интеллектуального наследия. Библиотека в селе Зюрдяг, хранившая бесценные рукописи выдающегося мыслителя и просветителя Гаджи-эфенди Зюрдягского, служила источником мудрости для многих поколений.
Наличие столь развитой образовательной сети, преемственности научных традиций и глубокой философской мысли формирует мощную духовную основу. Это живое наследие в корне опровергает любые представления о табасаранах как о «малой» или исчезающей группе, демонстрируя миру силу и жизнеспособность великой культуры.

III. Демографическая реальность и потенциал

Значительная численность. В рамках многонационального Дагестана и всей России, численность табасаранского народа (более 151 466 человек по последним переписям) не может быть отнесена к категории «малых» народов, которым угрожает исчезновение. Мы компактно проживаем на своих исторических землях, имея возможность по государственным программам изучать родной язык, литературу, культуру, и составляем значительную долю населения ряда районов.
Но однако, по данным журнала «Народы Дагестана», табасаранов на 2014 год – 206 тысяч человек. А было бы и больше, если бы нашим предкам не пришлось на протяжении нескольких веков в ожесточённых боях отстаивать свою землю от Каспийского моря до юго-восточных гор Дагестана, защищать свои семьи от иноземных захватчиков. Из «Завещания Андуника» (XIV в.) мы знаем, что «… из 240 000 воинов Дагестана 40 000 являются людьми нуцала, 70 000 – табасарана, 100 000 – кумухского падишаха и 30 000 – хайдака».
Уже в XVIII веке летописец Надира Мухаммад-Казим в своей «Наме-йи Аламара-йи Надири» («Мироукрашающая история Надира»)пишет о том, что «Табасаранское племя численностью превышало все другие народы Дагестана и состояло из двух групп». Многие источники подчеркивают факт расселения табасаранского народа до р. Самур, в частности тот же Мухаммад-Казим, рассказывая о походе шейха Джунейда в Дагестан, пишет, что это сражение произошло 4 марта 1460 года в Табасаране, близ селения Кипчак на левом берегу реки Самур, а останки Джунейда были перевезены суфиями в Ардебиль и похоронен там. Приведу еще одну цитату: «К январю 1827 года весь обширный район прикаспийских ханств и земли джарских лезгин, таким образом, затихли. В Дагестане также было спокойно, и только в Табасарани, от берегов Самура и до самого Дербента, долго еще шли разбои» (Василий Потто. Кавказская война. Том 3. Персидская война 1826-1828 гг.)
Другой источник сообщает: «Область Табасаранская простирается по хребту, вышедшему оть Восточныхь горьу вершинѣ рѣкѣ Койсу и Самура, занимаeть в длину оть Востока к Западу около 70 версть, а в ширину oтb Юга к Сѣверу около 50 версть; к Востоку граничить сь Дербентскимь владѣніемь, к югу и западу сь владѣніемь Хомбутая Казыкумыцкаго и Лезгинами, называемыми Кура; к Сѣверу сь владѣніемь Усмея Каракайдацкаго» (Броневский Семён Михайлович. Новейшие географические и исторические известия о Кавказе. Часть Вторая. 1823 г.)
Подобного рода сведений и карт великое множество, и если приводить их все, то вышла бы целая книга. Наша цель – описать более-менее близкую к реальности политическую и демографическую картину табасаранов с указанием их пассионарства, и рассмотреть причины упадка народа, который так долго оставался стержнем практически всего южного Дагестана и влиял на судьбу практически всех народов, проживающих на этой территории, поэтому мы ограничимся приведенными источниками.
К причинам демографического упадка относится, главным образом, то обстоятельство, что нашим предкам на протяжении всей своей истории приходилось в ожесточённых боях отстаивать свою землю от многочисленных иноземных захватчиков. Как самый кровавый период в историю Табасарана вошел период нашествия Надира-шаха из племени Афшар. Как свидетельствует летописец Надира, приход Персидского завоевателя на земли Табасарана ознаменовался массовыми казнями и уничтожением целых обществ. Мухаммад-Казим пишет, что только за один день по Дербенту было казнено «6 тысяч табасаранцев». До нас дошли свидетельства преступных приказов Надира об истреблении целых народов (геноцид). Как свидетельствует тот же Мухаммад-Казим, «покоритель мира приказал: «Так как бунт и мятеж начали люди Табасарана и Рутула, лучше будет в первую очередь пойти на них, стереть их с лица земли и перебить жителей того края. После этого [мы] выступим против других племен». Об этом также свидетельствуют местные памятники фольклорного творчества, всевозможные легенды и предания, повествующие о бесчинствах персидских завоевателей в табасаранских селах.
Именно в этот период табасаранский народ больше всего и пострадал в демографическом плане, понеся колоссальные потери как в территориальном, так и в людском отношениях. Исторические источники той эпохи свидетельствуют о развитой городской культуре на территории Дагестана. В частности, в Табасаране упоминается множество городов, которые, подобно Дербенту, были обнесены мощными крепостными стенами. Расположенные в стратегических «крепких местах», они процветали экономически и служили важными узлами региона. Однако бурные события XVIII века нанесли по ним сокрушительный удар: эти города были разрушены и полностью прекратили свое существование, оставшись лишь на страницах старинных хроник
Однако, несмотря на это, табасаранский народ не исчез полностью и продолжает жить. Как мы уже упоминали, по данным журнала «Народы Дагестана» на 2014 год, табасаранов насчитывалось 206 тысяч человек. Тем не менее, в последнее время наблюдается умышленное занижение нашей численности и активное формирование стереотипа о малочисленности нашего народа.
Табасаранский народ живет, развивается, сохраняет язык и традиции, активно участвует в общественной, политической, экономической и культурной, и особенно активно в военной жизни Дагестана и России. Это не признаки «малого» или угасающего этноса.
Интеллектуальный и человеческий капитал. Табасараны дали стране и миру выдающихся ученых, деятелей культуры, спортсменов, политиков, бизнесменов, чьи достижения неоспоримы и выходят далеко за рамки узких этнических границ.
Учёные. Гаджи-Магомед Зирдагский – учёный-энциклопедист, философ, историк, поэт, языковед, педагог и богослов. Обладал разносторонними знаниями, владел арабским, турецким, персидским и другими языками.
Аббас-Кули-Ага Бакиханов – выдающийся учёный и поэт. Изучал арабский язык и фарси, находился на российской военной и дипломатической службе. В 1819 году был приглашён генералом Ермоловым в Тифлис в качестве переводчика восточных языков.
Темирхан Шалбузович Шалбузов (1885–1978) – писатель, учёный-просветитель, создатель табасаранской письменности и литературы. Ученик учёного-арабиста Зияудина аль-Курихи. Первый редактор районной газеты «Красный Табасаран», один из создателей табасаранского алфавита, автор первых школьных учебников и методических пособий на родном языке, составитель русско-табасаранского словаря.
Магомед Раджабович Гасанов – учёный-историк, кавказовед, доктор исторических наук, профессор, академик Международной академии наук высшей школы. Изучал историю Дагестана, Кавказа, взаимоотношения народов. Автор более 450 научных работ, в том числе 22 монографий.
Магомед Гисамутдинович Юсуфов – учёный, литературовед, доктор филологических наук, профессор. Исследовал литературу древнего народа Дагестана – табасаранов. Автор монографий «Евразийская культура и русская литература», «Поэты Серебряного века», «О роли исламского просвещения в развитии духовной культуры кавказских народов», «Табасаранская национальная литература».
Деятели культуры. Гаджи Хан-магомедов – композитор-песенник, дирижёр, педагог. Окончил отделение «Основы народной музыки» Азербайджанской государственной консерватории.
Касум Магомедов – композитор, член Союза композиторов РФ, лауреат всероссийских и международных фестивалей, заслуженный деятель искусств РД и РФ.
Ахмед Уруджев – композитор, певец, народный артист РД. Написал более 150 песен, которые исполняются на многих языках народов Дагестана.
Спортсмены. Шамиль Абакаров – чемпион Европы по вольной борьбе в весовой категории 75 кг.
Магомед Гамидов – чемпион Европы по вольной борьбе среди юношей до 15 лет в весовой категории до 48 кг.
Елена Исинбаева – двукратная олимпийская чемпионка по прыжкам в высоту (2004, 2008), обладательница 28 мировых рекордов в прыжках с шестом среди женщин.
Военные. Рустам Мурадов — российский военочальник, заместитель главнокомандующего сухопутными войсками с 2024 г. Герой Российской Федерации.
Абдурахманов Зияутдин Абдуллаевич – генерал-майор, заслуженный лётчик России, бывший военный лётчик, начальник Центра боевой подготовки и боевого применения Военно-Воздушных сил России.
Эседулла Абачев – генерал-лейтенант, Герой Российской Федерации.
С начала проведения специальной военной операции четыре выходца из Табасарана – Эседулла Абачев, Руслан Курбанов Магомед Исрафилов и Ярамир Темирханов – были удостоены высшего звания – Героя Российской Федерации. Это подчеркивает преемственность воинских традиций и мужество народа,
Это лишь некоторые из выдающихся личностей табасаранского народа. Их достижения отражают разнообразие вклада в науку, культуру, спорт и другие сферы деятельности.

Опасность навязанного стереотипа «малого народа»

Навязывание образа «малого народа» может вести к формированию комплекса неполноценности, недооценке собственного потенциала и снижению мотивации к сохранению и развитию языка и культуры.
В политическом и экономическом контексте этот стереотип может способствовать маргинализации народа, не позволяет ему в полной мере заявлять о своих правах и потребностях и получать должное внимание и поддержку.
Также ложный стереотип упрощает и искажает богатую и сложную историю, сводя ее к чему-то незначительному, что противоречит историческим фактам.

Заключение

Табасараны – это не «малый народ», а народ с древней историей, глубокой культурой, самобытным языком и значительным потенциалом. Пришло время активного отказа от этого навязанного извне и внутренне опасного стереотипа. Мы должны с гордостью нести свою идентичность, изучать и популяризировать свою историю, развивать свою культуру и язык. Только осознавая и утверждая свое подлинное величие, табасаранский народ сможет в полной мере реализовать свой потенциал и продолжить вносить достойный вклад в многоцветную палитру народов Кавказа и России.